Saturday, December 31, 2011
Поздравление с Новым Годом
Считаю своей священной обязанностью принести Вам поздравление с наступившим Новым годом. Я пользуюсь случаем выразить Вам мое истинное уважение и искреннюю благодарность от чистого сердца. Желаю Вам радостного и счастливого нового года.
Thursday, December 29, 2011
Новогодний рецепт
Новогодний рецепт
На Новый Год предлагаю рецепт кушанья под названием «Сюрприз-вкусняшка».
Закрыть глаза. Открыть холодильник. Взять с верхней полки первое, что попадётся под руку. Вылить/высыпать в кастрюлю.
Опять же, не глядя, взять, что попадётся, со второй полки. Поступить, как и в первом случае. То же самое повторить с третьей полкой и с морозилкой.
В кастрюлю добавить литр воды. Тщательно перемешать. Поставить на сильный огонь в духовку. Через пять минут вынуть.
Откинуть на дуршлаг. Выложить содержимое на сковородку. Поставить на плиту на средний огонь. Через пятнадцать минут снять с плиты и охладить.
Поставить в морозилку. Через сорок минут вынуть.
Провернуть в мясорубке (или еще лучше кофемолке). Разложить полученное кушанье по тарелкам. Украсить долькой чеснока. Сахар и перец добавить по вкусу.
Relax and enjoy!
На Новый Год предлагаю рецепт кушанья под названием «Сюрприз-вкусняшка».
Закрыть глаза. Открыть холодильник. Взять с верхней полки первое, что попадётся под руку. Вылить/высыпать в кастрюлю.
Опять же, не глядя, взять, что попадётся, со второй полки. Поступить, как и в первом случае. То же самое повторить с третьей полкой и с морозилкой.
В кастрюлю добавить литр воды. Тщательно перемешать. Поставить на сильный огонь в духовку. Через пять минут вынуть.
Откинуть на дуршлаг. Выложить содержимое на сковородку. Поставить на плиту на средний огонь. Через пятнадцать минут снять с плиты и охладить.
Поставить в морозилку. Через сорок минут вынуть.
Провернуть в мясорубке (или еще лучше кофемолке). Разложить полученное кушанье по тарелкам. Украсить долькой чеснока. Сахар и перец добавить по вкусу.
Relax and enjoy!
Sunday, December 25, 2011
Рубаи
Представляю оригинал, все известные мне русские перводы и английский дословный перевод.
[Г. Семенов-0011]
И сияние рая, и ада огни —
Мне мерещились на небе в давние дни.
Но Учитель сказал: "Ты в себя загляни —
Ад и рай, не всегда ли с тобою они?"
[Г. Плисецкий-0297]
"Ад и рай — в небесах", — утверждают ханжи.
Я, в себя заглянув, убедился во лжи:
Ад и рай — не круги во дворце мирозданья,
Ад и рай — это две половины души.
(перевод В. Державина)
Сперва мой ум по небесам блуждал,
Скрижаль, калам*, и рай, и ад искал.
Сказал мне разум: “Рай и ад – с тобою, –
Все ты несешь в себе, чего алкал”.
* Скрижаль, калам: все деяния людей записаны на скрижали каламом (пером), т.е. предопределенная судьба
:::::::::::::::::::
Already on the Day of creation beyond the heavens my soul
Searched for the Tablet and Pen and for heaven and hell;
At last the teacher said to me with his enlightened judgment,
“Tablet and Pen, and heaven and hell, are within thyself”.
برتر ز سپهر، خاطرم، روز نخست لوح و قلم و بهشت و دوزخ، مي جست
پس گفت، مرا معلم، از راي درست لوح و قلم و بهشت و دوزخ، با توست
[Г. Семенов-0011]
И сияние рая, и ада огни —
Мне мерещились на небе в давние дни.
Но Учитель сказал: "Ты в себя загляни —
Ад и рай, не всегда ли с тобою они?"
[Г. Плисецкий-0297]
"Ад и рай — в небесах", — утверждают ханжи.
Я, в себя заглянув, убедился во лжи:
Ад и рай — не круги во дворце мирозданья,
Ад и рай — это две половины души.
(перевод В. Державина)
Сперва мой ум по небесам блуждал,
Скрижаль, калам*, и рай, и ад искал.
Сказал мне разум: “Рай и ад – с тобою, –
Все ты несешь в себе, чего алкал”.
* Скрижаль, калам: все деяния людей записаны на скрижали каламом (пером), т.е. предопределенная судьба
:::::::::::::::::::
Already on the Day of creation beyond the heavens my soul
Searched for the Tablet and Pen and for heaven and hell;
At last the teacher said to me with his enlightened judgment,
“Tablet and Pen, and heaven and hell, are within thyself”.
برتر ز سپهر، خاطرم، روز نخست لوح و قلم و بهشت و دوزخ، مي جست
پس گفت، مرا معلم، از راي درست لوح و قلم و بهشت و دوزخ، با توست
Wednesday, December 21, 2011
ДВОЯКИЕ РЕЧИ
XII. "ДВОЯКИЕ РЕЧИ"
(Разговоры) (83)
1. О добре и зле . (1) Два взгляда на добро и зло высказываются в Греции философами. А именно, одни говорят, что добро и зло отличны друг от друга; по мнению же других, (добро и зло) одно и то же, и то, что благо для одних, для других есть зло, и для одного и того же человека (то же самое) бывает иногда благом, иногда - злом. (2) К мнению последних присоединяюсь и я сам.
Для иллюстрации (этого положения) я возьму примеры из человеческой жизни, потребностями которой являются еда, питье и половая потребность. В самом деле, эти (вещи) для больного (человека) могут быть злом, для здорового же и нуждающегося в них являются благом. (3) И излишество в этих (вещах) имеет дурные последствия для предающихся ему, для тех же, которые ради удовлетворения этих (потребностей) трудятся и зарабатывают (деньги), (эти вещи) являются благом. Болезнь есть зло для больных, для врачей же - благо. Смерть есть зло для умирающих, а для продавцов вещей, нужных для похорон, и для могильщиков - благо. (4) Богатый урожай хлебов для земледельцев - благо, а для торговцев - зло. То, что корабли изнашиваются и терпят бедствие, это для владельца корабля зло, для кораблестроителей же благо. (5) Далее, то, что железо ржавеет, притупляется и стирается, для прочих это зло, для кузнеца же благо. Что глиняная посуда бьется, для остальных это зло, для гончаров же благо. Что обувь изнашивается и рвется, для прочих это зло, для сапожника же благо. (6) В гимнастических и музыкальных состязаниях, - взять хотя бы для примера бег взапуски, - а также на войне, победа для победителя есть благо, для побежденных же зло.
83. ΔΙΣΣΟΙ ΛΟΓΟΙ (DIALEXEIS)
1. Περὶ ἀγαθῶ καὶ κακῶ
(1) Δισσοὶ λόγοι λέγονται ἐν τᾶι ῾Ελλάδι ὑπὸ τῶν φιλοσοφούντων περὶ τῶ ἀγαθῶ καὶ τῶ κακῶ. τοὶ μὲν γὰρ λέγοντι, ὡς ἄλλο μέν ἐστι τὸ ἀγαθόν, ἄλλο δὲ τὸ κακόν· τοὶ δέ, ὡς τὸ αὐτό ἐστι, καὶ τοῖς μὲν ἀγαθὸν εἴη, τοῖς δὲ κακόν, καὶ τῶι αὐτῶι ἀνθρώπωι τοτὲ μὲν ἀγαθόν, τοτὲ δὲ κακόν. (2) ἐγὼ δὲ καὶ αὐτὸς τοῖσδε ποτιτίθεμαι· σκέψομαι δὲ ἐκ τῶ ἀνθρωπίνω βίω, ὧι ἐπιμελὲς βρώσιός τε καὶ πόσιος καὶ ἀφροδισίων· ταῦτα γὰρ ἀσθενοῦντι μὲν κακόν, ὑγιαίνοντι δὲ καὶ δεομένωι ἀγαθόν. (3) καὶ ἀκρασία τοίνυν τούτων τοῖς μὲν ἀκρατέσι κακόν, τοῖς δὲ πωλεῦντι ταῦτα καὶ μισθαρνέοντι ἀγαθόν. νόσος τοίνυν τοῖς μὲν ἀσθενεῦντι κακόν, τοῖς δὲ ἰατροῖς ἀγαθόν. ὁ τοίνυν θάνατος τοῖς μὲν ἀποθανοῦσι κακόν, τοῖς δ᾿ ἐνταφιοπώλαις καὶ τυμβοποιοῖς ἀγαθόν. (4) γεωργία τε καλῶς ἐξενείκασα τὼς καρπὼς τοῖς μὲν γεωργοῖς ἀγαθόν, τοῖς δὲ ἐμπόροις κακόν. τὰς τοίνυν ὁλκάδας συντρίβεσθαι καὶ παραθραύεσθαι τῶι μὲν ναυκλήρωι κακόν, τοῖς δὲ ναυπαγοῖς ἀγαθόν. (5) ἔτι <δὲ> τὸν σίδαρον κατέσθεσθαι καὶ ἀμβλύνεσθαι καὶ συντρίβεσθαι τοῖς μὲν ἄλλοις κακόν, τῶι δὲ χαλκῆι ἀγαθόν. καὶ μὰν τὸν κέραμον παραθραύεσθαι τοῖς μὲν ἄλλοις κακόν, τοῖς δὲ κεραμεῦσιν ἀγαθόν. τὰ δὲ ὑποδήματα κατατρίβεσθαι καὶ διαρρήγνυσθαι τοῖς μὲν ἄλλοις κακόν, τῶι δὲ σκυτῆι ἀγαθόν. (6) ἐν τοίνυν τοῖς ἀγῶσι τοῖς γυμνικοῖς καὶ τοῖς μωσικοῖς καὶ τοῖς πολεμικοῖς· αὐτίκα ἐν τῶι γυμνικῶι τῶι σταδιοδρόμωι ἁ νίκα τῶι μὲν νικῶντι ἀγαθόν, τοῖς δὲ ἡσσαμένοις κακόν.
(Δισσοί Λόγοι, Περί αγαθώ και κακώ, 1-3)
Δύο ειδών ισχυρισμοί υποστηρίζονται στην Ελλάδα από τους φιλοσοφούντες σχετικά με το καλό και το κακό: Ορισμένοι λένε ότι το καλό είναι κάτι διαφορετικό από το κακό• ορισμένοι άλλοι λένε ότι ταυτίζεται με το κακό, κι ότι το αυτό πράγμα για άλλους είναι καλό και για άλλους κακό, ή ότι για ένα και τον αυτό άνθρωπο άλλοτε είναι καλό και άλλοτε κακό. Εγώ προσωπικά συμφωνώ με όσους υποστηρίζουν την τελευταία άποψη. Το εξετάζω με βάση την ανθρώπινη ζωή και τις ανάγκες της για τροφή, πιοτό και ερωτική ικανοποίηση: τα πράγματα αυτά για έναν άνθρωπο άρρωστο είναι κάτι κακό ενώ για όποιον είναι υγιής και αισθάνεται την ανάγκη τους είναι κάτι καλό. Επίσης η αποχαλίνωση των ορέξεων σχετικά με αυτά τα πράγματα είναι κακό για όσους δεν μπορούν να συγκρατηθούν, ενώ για όσους τα πουλάνε και τα εμπορεύονται είναι κάτι καλό. Μια ασθένεια, πάλι, είναι για τον άρρωστο κακό, ενώ για τους γιατρούς είναι καλό. Κι ακόμη ο θάνατος είναι κακό γι' αυτούς που πεθαίνουν, ενώ για τους εργολάβους κηδειών και για τους νεκροθάφτες είναι καλό.
(Разговоры) (83)
1. О добре и зле . (1) Два взгляда на добро и зло высказываются в Греции философами. А именно, одни говорят, что добро и зло отличны друг от друга; по мнению же других, (добро и зло) одно и то же, и то, что благо для одних, для других есть зло, и для одного и того же человека (то же самое) бывает иногда благом, иногда - злом. (2) К мнению последних присоединяюсь и я сам.
Для иллюстрации (этого положения) я возьму примеры из человеческой жизни, потребностями которой являются еда, питье и половая потребность. В самом деле, эти (вещи) для больного (человека) могут быть злом, для здорового же и нуждающегося в них являются благом. (3) И излишество в этих (вещах) имеет дурные последствия для предающихся ему, для тех же, которые ради удовлетворения этих (потребностей) трудятся и зарабатывают (деньги), (эти вещи) являются благом. Болезнь есть зло для больных, для врачей же - благо. Смерть есть зло для умирающих, а для продавцов вещей, нужных для похорон, и для могильщиков - благо. (4) Богатый урожай хлебов для земледельцев - благо, а для торговцев - зло. То, что корабли изнашиваются и терпят бедствие, это для владельца корабля зло, для кораблестроителей же благо. (5) Далее, то, что железо ржавеет, притупляется и стирается, для прочих это зло, для кузнеца же благо. Что глиняная посуда бьется, для остальных это зло, для гончаров же благо. Что обувь изнашивается и рвется, для прочих это зло, для сапожника же благо. (6) В гимнастических и музыкальных состязаниях, - взять хотя бы для примера бег взапуски, - а также на войне, победа для победителя есть благо, для побежденных же зло.
83. ΔΙΣΣΟΙ ΛΟΓΟΙ (DIALEXEIS)
1. Περὶ ἀγαθῶ καὶ κακῶ
(1) Δισσοὶ λόγοι λέγονται ἐν τᾶι ῾Ελλάδι ὑπὸ τῶν φιλοσοφούντων περὶ τῶ ἀγαθῶ καὶ τῶ κακῶ. τοὶ μὲν γὰρ λέγοντι, ὡς ἄλλο μέν ἐστι τὸ ἀγαθόν, ἄλλο δὲ τὸ κακόν· τοὶ δέ, ὡς τὸ αὐτό ἐστι, καὶ τοῖς μὲν ἀγαθὸν εἴη, τοῖς δὲ κακόν, καὶ τῶι αὐτῶι ἀνθρώπωι τοτὲ μὲν ἀγαθόν, τοτὲ δὲ κακόν. (2) ἐγὼ δὲ καὶ αὐτὸς τοῖσδε ποτιτίθεμαι· σκέψομαι δὲ ἐκ τῶ ἀνθρωπίνω βίω, ὧι ἐπιμελὲς βρώσιός τε καὶ πόσιος καὶ ἀφροδισίων· ταῦτα γὰρ ἀσθενοῦντι μὲν κακόν, ὑγιαίνοντι δὲ καὶ δεομένωι ἀγαθόν. (3) καὶ ἀκρασία τοίνυν τούτων τοῖς μὲν ἀκρατέσι κακόν, τοῖς δὲ πωλεῦντι ταῦτα καὶ μισθαρνέοντι ἀγαθόν. νόσος τοίνυν τοῖς μὲν ἀσθενεῦντι κακόν, τοῖς δὲ ἰατροῖς ἀγαθόν. ὁ τοίνυν θάνατος τοῖς μὲν ἀποθανοῦσι κακόν, τοῖς δ᾿ ἐνταφιοπώλαις καὶ τυμβοποιοῖς ἀγαθόν. (4) γεωργία τε καλῶς ἐξενείκασα τὼς καρπὼς τοῖς μὲν γεωργοῖς ἀγαθόν, τοῖς δὲ ἐμπόροις κακόν. τὰς τοίνυν ὁλκάδας συντρίβεσθαι καὶ παραθραύεσθαι τῶι μὲν ναυκλήρωι κακόν, τοῖς δὲ ναυπαγοῖς ἀγαθόν. (5) ἔτι <δὲ> τὸν σίδαρον κατέσθεσθαι καὶ ἀμβλύνεσθαι καὶ συντρίβεσθαι τοῖς μὲν ἄλλοις κακόν, τῶι δὲ χαλκῆι ἀγαθόν. καὶ μὰν τὸν κέραμον παραθραύεσθαι τοῖς μὲν ἄλλοις κακόν, τοῖς δὲ κεραμεῦσιν ἀγαθόν. τὰ δὲ ὑποδήματα κατατρίβεσθαι καὶ διαρρήγνυσθαι τοῖς μὲν ἄλλοις κακόν, τῶι δὲ σκυτῆι ἀγαθόν. (6) ἐν τοίνυν τοῖς ἀγῶσι τοῖς γυμνικοῖς καὶ τοῖς μωσικοῖς καὶ τοῖς πολεμικοῖς· αὐτίκα ἐν τῶι γυμνικῶι τῶι σταδιοδρόμωι ἁ νίκα τῶι μὲν νικῶντι ἀγαθόν, τοῖς δὲ ἡσσαμένοις κακόν.
(Δισσοί Λόγοι, Περί αγαθώ και κακώ, 1-3)
Δύο ειδών ισχυρισμοί υποστηρίζονται στην Ελλάδα από τους φιλοσοφούντες σχετικά με το καλό και το κακό: Ορισμένοι λένε ότι το καλό είναι κάτι διαφορετικό από το κακό• ορισμένοι άλλοι λένε ότι ταυτίζεται με το κακό, κι ότι το αυτό πράγμα για άλλους είναι καλό και για άλλους κακό, ή ότι για ένα και τον αυτό άνθρωπο άλλοτε είναι καλό και άλλοτε κακό. Εγώ προσωπικά συμφωνώ με όσους υποστηρίζουν την τελευταία άποψη. Το εξετάζω με βάση την ανθρώπινη ζωή και τις ανάγκες της για τροφή, πιοτό και ερωτική ικανοποίηση: τα πράγματα αυτά για έναν άνθρωπο άρρωστο είναι κάτι κακό ενώ για όποιον είναι υγιής και αισθάνεται την ανάγκη τους είναι κάτι καλό. Επίσης η αποχαλίνωση των ορέξεων σχετικά με αυτά τα πράγματα είναι κακό για όσους δεν μπορούν να συγκρατηθούν, ενώ για όσους τα πουλάνε και τα εμπορεύονται είναι κάτι καλό. Μια ασθένεια, πάλι, είναι για τον άρρωστο κακό, ενώ για τους γιατρούς είναι καλό. Κι ακόμη ο θάνατος είναι κακό γι' αυτούς που πεθαίνουν, ενώ για τους εργολάβους κηδειών και για τους νεκροθάφτες είναι καλό.
Tuesday, December 20, 2011
Свами Вивекананда
Свами Вивекананда
Кто важнее: домохозяин или странствующий аскет?
Жил-был раджа. К нему пришел один Махатма и сказал:
«О великий раджа! Один человек оставил семью и стал странствующим аскетом — Саньяси. А другой человек остался в семье и продолжал выполнять долг домохозяина. Ответь мне, о великий раджа, кто из них двоих важнее?»
Много ученых мудрецов пытались дать ответ на этот вопрос, но ни один ответ не удовлетворил раджу. Наконец, к нему пришел один святой подвижник — садху. Раджа и ему задал тот же вопрос. Садху ответил:
«О раджа! Каждый из них обоих важнее в своем положении.»
«Докажите мне, что это именно так», — сказал раджа.
Садху ответил:
«Конечно, я это докажу. Но вначале вам придется отправиться со мной и несколько дней прожить так, как я живу.»
Раджа согласился и, оставив свою страну, решил отправиться вместе с садху. Вдвоем они пересекли много стран и наконец пришли в одно большое государство.
В столице этого царства был большой праздник. Садху и раджа увидели, что все люди в красивых одеждах, наряженные и разукрашенные, собрались на улицах и перекрестках, где объявляли некий царский указ, Они поговорили и решили, что им надо здесь остановиться, чтобы узнать, в чем дело. Глашатай громким голосом объявил, что дочь здешнего царя будет выбирать себе мужа из всех людей, живуших здесь.
А царская дочь была самой красивой девушкой в мире и хотела выйти замуж за самого красивого юношу в мире. Но до сих пор она так и не сумела найти юношу, красота которого могла бы ее удовлетворить. Поэтому все праздники, посыященные выбору мужа, оканчивались ничем.
Царская дочь появлялась на людях с открытым лицом, сидя в паланкине, который слуги повсюду носили. Но царская дочь ни к кому не проявляла особого интереса. Люди в отчаянии говорили, что, мол, вот и опять этот выбор мужа окончится ничем. Но как раз в это время один красивый странствующий аскет, чье лицо сияло как солнце, придя в тот город, встал на углу одной из улиц.
А слуги как раз проносили там паланкин. Царская дочь увидела его и тот час же набросила ему на шею гирлянду цветов, чтотобы показать, что вьбирает его в мужья. Молодой странствующий аскет разорвал гирлянду, отбросил ае в сторону и сказал:
«Это еще что за шутки! Я странствующий аскет, какое мне дело до женитьбы?»
Когда царь увидел это, то решил, что, вероятно, этот юноша беден и поэтому боится взять в жены его дочь. Поэтому он велел объявить, что тот, кто женится на его дочери, получит полцарства, а когда царь умрет, то все его царство достанется этому человеку.
Молодой странствующий аскет сказал:
«Какая пустая болтовня! Я не желаю вступать в брак». И ушел оттуда.
Но царская дочь так влюбилась в молодого странствующего аскета, что решила скорее умереть от любви, чем отказаться от брака именно с ним. И она убежала вслед за странствующим аскетом, надеясь его уговорить.
Когда об этом узнал тот самый садху, который ушел вместе с раджей, то сказал ему:
«О великий раджа! Давайте пойдем вслед за этой парой, но так, чтобы они нас не увидели».
А тот молодой странствующий аскет, который порвал и выбросил гирлянду царской дочери, выйдя из города, прошел несколько миль по деревням и полям. Потом, подойдя к лесу, он углубился в него. Следуя по какой-то тропинке, он исчез в густых джунглях. Царская дочь не могла обнаружить его след! Поискав его некоторое время, она сильно устала и, сев под каким-то деревом, заплакала.
Тогда старый садху и раджа подошли к царской дочери и сказали:
«Не плачь, дочка! Мы выведем тебя из леса, но сейчас уже темно. Посмотри, вот довольно высокое дерево, давай под ним отдохнем. А встав рано утром, мы покажем тебе дорогу в город».
А на том дереве было небольшое гнездышко. В нем жили воробей, воробьиха и три их птенца.
Воробей увидел, что три человека уселись под деревом. Он сказал своей жене:
«Послушай, три гостя сидят под деревом. Сейчас время холодное, а у нас в доме нет топлива, чтобы дать им развести огонь».
Воробьиха взлетела и, найдя где-то горящую чурочку, подхватила ее, принесла в клюве назад и бросила перед гостями. Они собрали сухих листьев и хвороста и разожгли костер.
Но воробей не был этим доволен. Он сказал:
«Послушай, похоже, что гости хотят есть. А у нас в доме нет для них никакого угощения. Долг домохозяина накормить пришедших в дом гостей. Мне обязательно придется что-то сделать. Почему бы мне не пожертвовать своим телом».
Сказав это, воробей бросился в огонь и мигом изжарился. Гости увидели, как он падает, и попытались его спасти, но безуспешно.
Увидев, что совершил ее супруг, воробьиха сказала:
«Гостей трое, и они голодны. Разве они смогут насытиться мясом одного воробья? Мой долг как его жены не допустить, чтобы его усилия пропали даром».
И она тоже бросилась в огонь и изжарилась.
Теперь трое маленьких воробышков увидели, что мяса их родителей все равно недостаточно для того, чтобы насытить гостей. Они сказали:
«Наши родители сделали все, что могли, но дело не окончено. Долг детей — завершить дело родителей. Поэтому мы пожертвуем собой».
И они тоже бросились в огонь.
Увидев этот чудесный подвиг птиц, царская дочь, раджа и садху очень изумились, разве им могло даже прийти в голову попробовать мясо этих птиц?
Садху сказал:
«Раджа, теперь-то ты и сам видишь, что каждый важен в своем положении. Если ты желаешь остаться домохозяином, то научись, подобно этим воробьям, доказывать свою готовность к благодеянию даже ценою самопожертвования. Но если ты стремишься к отречению от мира, то, подобно этому странствующему аскету, откажись с пренебрежением от всех красот этого мира, от богатства и власти. Они оба — как домохозяин, так и странствутощий аскет, важны каждый в своем положении, но долг у них свой у каждого.»
Кто важнее: домохозяин или странствующий аскет?
Жил-был раджа. К нему пришел один Махатма и сказал:
«О великий раджа! Один человек оставил семью и стал странствующим аскетом — Саньяси. А другой человек остался в семье и продолжал выполнять долг домохозяина. Ответь мне, о великий раджа, кто из них двоих важнее?»
Много ученых мудрецов пытались дать ответ на этот вопрос, но ни один ответ не удовлетворил раджу. Наконец, к нему пришел один святой подвижник — садху. Раджа и ему задал тот же вопрос. Садху ответил:
«О раджа! Каждый из них обоих важнее в своем положении.»
«Докажите мне, что это именно так», — сказал раджа.
Садху ответил:
«Конечно, я это докажу. Но вначале вам придется отправиться со мной и несколько дней прожить так, как я живу.»
Раджа согласился и, оставив свою страну, решил отправиться вместе с садху. Вдвоем они пересекли много стран и наконец пришли в одно большое государство.
В столице этого царства был большой праздник. Садху и раджа увидели, что все люди в красивых одеждах, наряженные и разукрашенные, собрались на улицах и перекрестках, где объявляли некий царский указ, Они поговорили и решили, что им надо здесь остановиться, чтобы узнать, в чем дело. Глашатай громким голосом объявил, что дочь здешнего царя будет выбирать себе мужа из всех людей, живуших здесь.
А царская дочь была самой красивой девушкой в мире и хотела выйти замуж за самого красивого юношу в мире. Но до сих пор она так и не сумела найти юношу, красота которого могла бы ее удовлетворить. Поэтому все праздники, посыященные выбору мужа, оканчивались ничем.
Царская дочь появлялась на людях с открытым лицом, сидя в паланкине, который слуги повсюду носили. Но царская дочь ни к кому не проявляла особого интереса. Люди в отчаянии говорили, что, мол, вот и опять этот выбор мужа окончится ничем. Но как раз в это время один красивый странствующий аскет, чье лицо сияло как солнце, придя в тот город, встал на углу одной из улиц.
А слуги как раз проносили там паланкин. Царская дочь увидела его и тот час же набросила ему на шею гирлянду цветов, чтотобы показать, что вьбирает его в мужья. Молодой странствующий аскет разорвал гирлянду, отбросил ае в сторону и сказал:
«Это еще что за шутки! Я странствующий аскет, какое мне дело до женитьбы?»
Когда царь увидел это, то решил, что, вероятно, этот юноша беден и поэтому боится взять в жены его дочь. Поэтому он велел объявить, что тот, кто женится на его дочери, получит полцарства, а когда царь умрет, то все его царство достанется этому человеку.
Молодой странствующий аскет сказал:
«Какая пустая болтовня! Я не желаю вступать в брак». И ушел оттуда.
Но царская дочь так влюбилась в молодого странствующего аскета, что решила скорее умереть от любви, чем отказаться от брака именно с ним. И она убежала вслед за странствующим аскетом, надеясь его уговорить.
Когда об этом узнал тот самый садху, который ушел вместе с раджей, то сказал ему:
«О великий раджа! Давайте пойдем вслед за этой парой, но так, чтобы они нас не увидели».
А тот молодой странствующий аскет, который порвал и выбросил гирлянду царской дочери, выйдя из города, прошел несколько миль по деревням и полям. Потом, подойдя к лесу, он углубился в него. Следуя по какой-то тропинке, он исчез в густых джунглях. Царская дочь не могла обнаружить его след! Поискав его некоторое время, она сильно устала и, сев под каким-то деревом, заплакала.
Тогда старый садху и раджа подошли к царской дочери и сказали:
«Не плачь, дочка! Мы выведем тебя из леса, но сейчас уже темно. Посмотри, вот довольно высокое дерево, давай под ним отдохнем. А встав рано утром, мы покажем тебе дорогу в город».
А на том дереве было небольшое гнездышко. В нем жили воробей, воробьиха и три их птенца.
Воробей увидел, что три человека уселись под деревом. Он сказал своей жене:
«Послушай, три гостя сидят под деревом. Сейчас время холодное, а у нас в доме нет топлива, чтобы дать им развести огонь».
Воробьиха взлетела и, найдя где-то горящую чурочку, подхватила ее, принесла в клюве назад и бросила перед гостями. Они собрали сухих листьев и хвороста и разожгли костер.
Но воробей не был этим доволен. Он сказал:
«Послушай, похоже, что гости хотят есть. А у нас в доме нет для них никакого угощения. Долг домохозяина накормить пришедших в дом гостей. Мне обязательно придется что-то сделать. Почему бы мне не пожертвовать своим телом».
Сказав это, воробей бросился в огонь и мигом изжарился. Гости увидели, как он падает, и попытались его спасти, но безуспешно.
Увидев, что совершил ее супруг, воробьиха сказала:
«Гостей трое, и они голодны. Разве они смогут насытиться мясом одного воробья? Мой долг как его жены не допустить, чтобы его усилия пропали даром».
И она тоже бросилась в огонь и изжарилась.
Теперь трое маленьких воробышков увидели, что мяса их родителей все равно недостаточно для того, чтобы насытить гостей. Они сказали:
«Наши родители сделали все, что могли, но дело не окончено. Долг детей — завершить дело родителей. Поэтому мы пожертвуем собой».
И они тоже бросились в огонь.
Увидев этот чудесный подвиг птиц, царская дочь, раджа и садху очень изумились, разве им могло даже прийти в голову попробовать мясо этих птиц?
Садху сказал:
«Раджа, теперь-то ты и сам видишь, что каждый важен в своем положении. Если ты желаешь остаться домохозяином, то научись, подобно этим воробьям, доказывать свою готовность к благодеянию даже ценою самопожертвования. Но если ты стремишься к отречению от мира, то, подобно этому странствующему аскету, откажись с пренебрежением от всех красот этого мира, от богатства и власти. Они оба — как домохозяин, так и странствутощий аскет, важны каждый в своем положении, но долг у них свой у каждого.»
Monday, December 19, 2011
мысли о творчестве
[CXVIII] EVMOLPVS. Multos, inquit Eumolpus, o iuvenes, carmen decepit. Nam ut quisque versum pedibus instruxit sensumque teneriorem verborum ambitu intexuit, putavit se continuo in Heliconem venisse. Sic forensibus ministeriis exercitati frequenter ad carminis tranquillitatem tanquam ad portum feliciorem refugerunt, credentes facilius poema extrui posse, quam controversiam sententiolis vibrantibus pictam. Ceterum neque generosior spiritus vanitatem amat, neque concipere aut edere partum mens potest nisi intrenti flumine litterarum inundata. Refugiendum est ab omni verborum, ut ita dicam, vilitate et sumendae voces a plebe summotae, ut fiat odi profanum vulgus et arceo. Praeterea curandum est, ne sententiae emineant extra corpus orationis expressae, sed intexto vestibus colore niteant. Homerus testis et lyrici, Romanusque Vergilius et Horatii curiosa felicitas. Ceteri enim aut non viderunt viam qua iretur ad carmen, aut visam timuerunt calcare. Ecce belli civilis ingens opus quisquis attigerit nisi plenus litteris, sub onere labetur. Non enim res gestae versibus comprehendendae sunt, quod longe melius historici faciunt, sed per ambages deorumque ministeria et fabulosum sententiarum tormentum praecipitandus est liber spiritus, ut potius furentis animi vaticinatio appareat quam religiosae orationis sub testibus fides.
— Очень многих, молодые люди, — начал Эвмолп, — стихи вводят в заблуждение: удалось человеку втиснуть несколько слов в стопы или вложить в период сколько-нибудь тонкий смысл — он уж и воображает, что взобрался на Геликон. Так, например, после общественных дел люди нередко, как к тихой пристани, прибегают к спокойному занятию поэзией, думая, что сочинить поэму легче, чем контроверсу, уснащенную блестящими фразочками. Но человек более благородного образа мыслей не любит относиться к делу поверхностно; настоящий ум не может ни написать, ни выпустить произведения, не орошенного потоком научных занятий. Необходимо тщательно избегать всех выражений, так сказать, подлых, и выбирать слова, далекие от плебейского языка, согласно слову поэта, Невежд гнушаюсь и ненавижу чернь... Кроме этого, нужно стремиться к тому, чтобы содержание не выступало из выраженной стихами формы, а, наоборот, совершенно с ней слившись, блистало единством красоты. Об этом свидетельствует Гомер, лирики, римлянин Виргилий и удивительное счастье в выборе выражений у Горация. А другие или совсем не видали пути, по которому следует подходить к поэтическому произведению, или опасались вступить на него. Вот, например, описание гражданской войны: кто бы ни взялся за этот сюжет без достаточных литературных познаний, будет подавлен трудностями. Ведь дело совсем не в том, чтобы в стихах изложить факты, — это историки делают куда лучше; нет, свободный дух должен устремляться в потоке сказочных вымыслов по таинственным переходам, мимо святилищ богов, чтобы песнь казалась скорее вдохновенным пророчеством исступленной души, чем достоверным показанием, подтвержденным свидетелями.
— Очень многих, молодые люди, — начал Эвмолп, — стихи вводят в заблуждение: удалось человеку втиснуть несколько слов в стопы или вложить в период сколько-нибудь тонкий смысл — он уж и воображает, что взобрался на Геликон. Так, например, после общественных дел люди нередко, как к тихой пристани, прибегают к спокойному занятию поэзией, думая, что сочинить поэму легче, чем контроверсу, уснащенную блестящими фразочками. Но человек более благородного образа мыслей не любит относиться к делу поверхностно; настоящий ум не может ни написать, ни выпустить произведения, не орошенного потоком научных занятий. Необходимо тщательно избегать всех выражений, так сказать, подлых, и выбирать слова, далекие от плебейского языка, согласно слову поэта, Невежд гнушаюсь и ненавижу чернь... Кроме этого, нужно стремиться к тому, чтобы содержание не выступало из выраженной стихами формы, а, наоборот, совершенно с ней слившись, блистало единством красоты. Об этом свидетельствует Гомер, лирики, римлянин Виргилий и удивительное счастье в выборе выражений у Горация. А другие или совсем не видали пути, по которому следует подходить к поэтическому произведению, или опасались вступить на него. Вот, например, описание гражданской войны: кто бы ни взялся за этот сюжет без достаточных литературных познаний, будет подавлен трудностями. Ведь дело совсем не в том, чтобы в стихах изложить факты, — это историки делают куда лучше; нет, свободный дух должен устремляться в потоке сказочных вымыслов по таинственным переходам, мимо святилищ богов, чтобы песнь казалась скорее вдохновенным пророчеством исступленной души, чем достоверным показанием, подтвержденным свидетелями.
Sunday, December 18, 2011
афоризм
Every book we read should do something more than amuse the fancy and interest the feelings. It should inform our minds and teach us some valuable lesson for practice.
Subscribe to:
Posts (Atom)