अनुक्तमप्यूहति पण्डितो जन: ।
A learned man understands unsaid words.
apyūh понимать
anukta невысказанное
pan.d.ita учёный
jana человек
Wednesday, October 13, 2010
Tuesday, October 12, 2010
Надпись из Бахчисарая
Надпись из Бахчисарая
124
دلا دهر فنايه ايتمه رغبت ٭ چكرسن عاقبت بر كون ندامت ٭ كوررسن بيوفادر دار دنيا
يوز كه كولرك ايدر مذلّت ٭نيچه شهلر كه كلدى بوجهانه ٭ همه ايلديلر عقبايه رحلت
О сердце! Не верь суетному миру; рано или поздно ты, наконец, раскаешься, увидишь, что этот мир вероломен, что он беспрестанно смеется тебе в глаза и тебя унижает. Много было в мире царей; все они переселились в вечность.
فرح سلطان خانى نور سعادت * كه ترك ايتدى بزه جكدردى حسرت * اون ايكى ياشنه ايردكده ناكاه
اودة جام اجلدن طاتدى لذّت * قنى اول نونهال باغ رضوان * قنى اول جوهر درّ نظافت
قنى اول سرو بستان ملاحت * قني اول لولو لالاى حكمت * جهانك حالنى كوروب او خورشيد
سحاب ايجره نهان اولدى بى منت * ده نورعرفى ايت اكا لازم * قصورين عفو ايدون حق ايده رحمت
كلوب اوجدى ديل اكا تاريخ * مقام اولدى فرح سلطانه جنّت *
Ферах-султана-ханым, оставив свет счастья, поразила нас горестию. На двенадцатом году жизни она неожиданно испила сладость чаши смерти.
Где этот молодой отпрыск райского сада, этот алмаз, перл чистоты, кипарис вертограда изящества, эта несравненная жемчужина мудрости? Солнце это, взглянув на состояние мира, равнодушно сокрылось за облака. Итак да осветит её Бог светом славы, да простит ей прегрешения её и помилует. Хронограмма её: ангел прилетел и улетел. Рай стал жилищем Ферах-султаны.
Ферах-султана была дочерью Ислам-Гирей-султана. Умерла в 1136 х. (1723 по Р.Х.).
124
دلا دهر فنايه ايتمه رغبت ٭ چكرسن عاقبت بر كون ندامت ٭ كوررسن بيوفادر دار دنيا
يوز كه كولرك ايدر مذلّت ٭نيچه شهلر كه كلدى بوجهانه ٭ همه ايلديلر عقبايه رحلت
О сердце! Не верь суетному миру; рано или поздно ты, наконец, раскаешься, увидишь, что этот мир вероломен, что он беспрестанно смеется тебе в глаза и тебя унижает. Много было в мире царей; все они переселились в вечность.
فرح سلطان خانى نور سعادت * كه ترك ايتدى بزه جكدردى حسرت * اون ايكى ياشنه ايردكده ناكاه
اودة جام اجلدن طاتدى لذّت * قنى اول نونهال باغ رضوان * قنى اول جوهر درّ نظافت
قنى اول سرو بستان ملاحت * قني اول لولو لالاى حكمت * جهانك حالنى كوروب او خورشيد
سحاب ايجره نهان اولدى بى منت * ده نورعرفى ايت اكا لازم * قصورين عفو ايدون حق ايده رحمت
كلوب اوجدى ديل اكا تاريخ * مقام اولدى فرح سلطانه جنّت *
Ферах-султана-ханым, оставив свет счастья, поразила нас горестию. На двенадцатом году жизни она неожиданно испила сладость чаши смерти.
Где этот молодой отпрыск райского сада, этот алмаз, перл чистоты, кипарис вертограда изящества, эта несравненная жемчужина мудрости? Солнце это, взглянув на состояние мира, равнодушно сокрылось за облака. Итак да осветит её Бог светом славы, да простит ей прегрешения её и помилует. Хронограмма её: ангел прилетел и улетел. Рай стал жилищем Ферах-султаны.
Ферах-султана была дочерью Ислам-Гирей-султана. Умерла в 1136 х. (1723 по Р.Х.).
Wednesday, October 6, 2010
Narrative of the journey of Abd-er-Razzak
Narrative of the journey of Abd-er-Razzak.
Narrative of my voyage into Hindoostan, and description of the wonders and remarkable peculiarities which this country presents.
P. 109
Ormuz, which is also called Djerrun, is a port situated in the middle of the sea, and which has not its equal on the surface of the globe. The merchants of seven climates, from Egypt, Syria, the country of Roum, Azerbijan, Irak-Arabi, and Irak-Adjemi, the provinces of Fars, Khorassan, Ma-wara-amahar, Turkistan, the kingdom of Deschti-Kaptchack, the countries inhabited by the Kalmucks, the whole of the kingdoms of Tchin and Matchin, and the city of Khanbalik, all make their way to this port ; the inhabitants of the sea coasts arrive here from the countries of Tchin, Java, Bengal, the cities of Zirbad, Tenasserim, Sokotora, Schahrinou, the islands of Diwah-Mahall, the countries of Malabar, Abyssinia, Zanguebar, the ports of Bidjanagar, Kalbergah, Gudjarat, Kanbait, the coasts of Arabia, which extend as far as Aden, Jiddah, and Yembo ; they bring hither those rare and precious articles which the sun, the moon, and the rains have combined to bring to perfection, and which arc capable of being transported by sea. Travellers from all countries resort hither, and, in exchange for the commodities which they bring, they can without trouble or difficulty obtain all that they desire. Bargains are made either by money or by exchange.
For all objects, with the exception of gold and silver, a tenth of their value is paid by a way of duty.
Notes
Roum : The Arabic name for Anatolia.
Deschti-Kaptchack: Or rather Dasht-i-Kipchak, the desert of Kipchak in Tartary.
Tchin: China.
Matchin: The southern parts of China.
Khanbalik: Pekin.
Zirbad: This name in Indian language means, " the country under the wind," and is referred to India beyond the Ganges, comprising the whole South-East Peninsula.
Schahrinou: Query, Shahnoor or Sivanur, in the province of Bejapoor, fifty miles south south-east from Darwar.
the islands of Diwah-Mahall: The Maldives.
the ports of Bidjanagar: The author means the ports of the sovereignties so named, as the capital cities bearing the same name were not on the sea-coast. The city of Bijanagur, now in ruins, was once the metropolis of a mighty Hindoo empire. It was thither that our author, as the reader will hereafter see, ultimately directed his steps ; and his narrative mainly consists of the description of this empire, its capital, and people. The remains of the city are situated on the south bank of the Toombuddra river, directly opposite to Annagoondy. It was begun to be built in a.d. 1:336, and was finished in 1343. The incessant hostilities between the Mahommedan sovereigns of the Deccan and this Hindoo principality, resulted in the total defeat of Ram Rajah, the sovereign of Bijanagur, and the sacking of the metropolis in 1565, and its subsequent depopulation in 1567. The celebrated Italian traveller Cesare Federici, who was there in the latter year, speaks with enthusiasm of its extent and enormous wealth. An interesting account of this empire and its fall, is given in the commencing chapter of Colonel Wilks's " Historical Sketches of the South of India," London, 1810, 4to.
Kalbergah: The town now known as the capital of a district of the same name, is situated in the province of Beeder, one hundred and five miles west of Hyderabad. Though now of little note, it was formerly famous as the metropolis both of a Hindoo and Mahomedau sovereignty. Rajahs of Kalberga are mentioned by Ferishta as independent princes when the Deccan was invaded by Alia ud Deeu in a.d. 1295, and on the establishment of Mahommedan independence in the Deccan in 1347, this city was made the capital of the new government.
Kanbait: Cambay.
Рассказ о путешествии Абд ар-Раззака
Рассказ о моём путешествии в Индостан и описание чудес и замечательных особенностей этой страны.
Стр. 109
Ормуз, который также называют, Джеррун, — это порт, расположенный по середине моря и не имеющий себе равных на поверхности земного шара. Торговцы семи климатов, из Египта, Сирии, страны Рум, Азербайджана, Ирака арабского и Ирака персидского, области Фарс, Хорасана, Маверранахра, Туркестана, королевства Дешти-Кипчак, стран, населенных калмыками, всего королевства Чин и Мачин и города Ханбалик, — все пробиваются к этому порту; жители морских побережий прибывают сюда из стран Чин, Явы, Бенгалии, города Зирбад, Тенассерим, Сокотры, Шахриноу, острова Дивах-Махалл, страны Малабар, Абиссинии, Зангебар, портов Виджаянагара, Калберги, Гуджарата, Канбайта, берегов Аравии, которые простираются до Адена, Джидды и Йембо; они доставляют сюда те редкие и драгоценные изделия, которые солнце, луна и дожди, объединившись, довели до совершенства и которые можно транспортировать морским путем. Путешественники из всех стран стремятся сюда и, в обмен на привозимые ими предметы они могут без труда получить всё, чего они желают. Сделки проводятся или за деньги, или по обмену.
Со всех товаров, за исключением золота и серебра, одна десятая их стоимости уплачивается в качестве пошлины.
Примечания
Рум: арабское название Анатолии.
Дешти-Кипчак (Deschti-Kaptchack или скорее Dasht-i-Kipchak): пустыня Кипчак в Татарии.
Чин: Китай.
Мачин: южные части Китая.
Ханбалик: Пекин.
Зирбад: Это название по-индийски значит «страна под ветром» и относится к Индии за пределами Ганга, включая всю Юго-Восточную часть полуострова Индостан.
Шахриноу: Shahnoor, или Sivanur, в области Биджапур, в пятидесяти милях к юго-юго-востоку от Дарвара.
острова Дивах-Махалл: Мальдивы.
порты Виджаянагара: автор имеет в виду порты государства с таким именем, так как столица, имеющая то же самое название, не расположена на побережье. Город Виджаянагар, теперь лежащий в руинах, был некогда столицей могущественной индусской империи. Именно туда наш автор, как читатель вскоре увидит, в конечном счете направил свой путь; и его рассказ главным образом состоит из описания этой империи, ее столицы и людей. Руины города расположены на южном берегу реки Тумбуддра (Тунгабхадра?), непосредственно напротив Аннагунди (Annagoondy). Строительство города началось в 1336 и закончилось в 1343. Непрерывные военные действия между Магометанскими правителями Декана и этим индусским княжеством закончились полным поражением Раджи Рама, правителя Виджаянагара и разграблением столицы в 1565, с ее последующим опустошением в 1567. Знаменитый итальянский путешественник Чезаре Федеричи говорит с энтузиазмом о его протяжености и огромном богатстве. Интересные сведения об этой империи и ее падении даются в начальной главе «Исторических эскизов о Юге Индии» полковника Вилкса (Лондон, 1810, 4to).
Гулбарга: город, теперь известный как столица одноимённого дистрикта, расположен в области Бидар, в ста пяти милях к западу от Хайдарабада. Хотя теперь он не имеет большого значения, прежде был известен как столица сначала индусского, а потом мусульманского государства. Раджи Гулбарга упоминаются историком Фериште (Ferishta) как независимые правители, когда в Декан вторгся Алауддин Бахман-шах в 1295, и после учреждения мусульманской власти на Декане в 1347 этот город стал столицей нового государства.
Канбайт (Кanbait): Камбей (Cambay).
111
Persons of all religions, and even idolaters, are found in great numbers in this city, and no injustice is permitted towards any person whatever. This city is also named Dâralaman (the abode of security). The inhabitants unite the flattering character of the people of Irak with the profound cunning of the Indians.
I sojourned in this place for the space of two months ; and the governors sought all kinds of pretexts to detain me ; so that the favorable time for departing by sea, that is to say the beginning or middle of the monsoon, was allowed to pass, and we came to the end of the monsoon, which is the season when tempests and attacks from pirates are to be dreaded. Then they gave me permission to depart. As the men and horses could not all be contained in the same vessel, they were distributed among several ships. The sails were hoisted, and we commenced our voyage.
As soon as I caught the smell of the vessel, and all the terrors of the sea presented themselves before me, I fell into so deep a swoon, that for three days respiration alone indicated that life remained within me. When I came a little to myself, the merchants, who were my intimate friends, cried with one voice that the time for navigation was passed, and that every one who put to sea at this season was alone responsible for his death, since he voluntarily placed himself in peril. All, with one accord, having sacrificed the sum which they had paid for freight in the ships, abandoned their project, and after some difficulties disembarked at the port of Muscat. For myself, I quitted this city, escorted by the principal companions of my voyage, and went to a place called Kariat, where I established myself and fixed my tents, with the intention of there remaining. The merchants of the coasts designate by the word telâhi (loss) the condition in which they find themselves when, having undertaken a sea voyage, they cannot accomplish it, and are obliged to stop in some other place. In consequence of the severity of pitiless weather and the adverse manifestations of a treacherous fate, my heart was crushed like glass and my soul became weary of life, and my season of relaxation became excessively trying to me.
At the moment when, through the effect of so many vicissitudes, the mirror of my understanding had become covered with rust, and the hurricane of so many painful circumstances had extinguished the lamp of my mind, so that I might say in one word I had fallen into a condition of apathetic stupidity, on a sudden I one evening met a merchant who was on his return from the shores of Hindoostan. I asked him whither he was going ? he replied :
"My only object is to reach the city of Herat." When I heard him utter the name of that august city I went very nearly distracted. The merchant having consented at my request to tarry awhile, I threw off the following verses upon paper.
When in the midst of strangers, at the hour of the evening prayer I set me down to weep,
I recall my adventures, the recital of which is accompanied with unusual sighs.
At the remembrance of my mistress and of my country I weep so bitterly,
That I should deprive the whole world of the taste and habit of travelling .
I am a native of the country of the Arabs, and not of a strange region.
O mighty God, whom I invoke ! vouchsafe to bring me back to the companionship of my friends.
Everything which relates to my condition, and to tediousness and dangers against which I have had to contend, has been set forth in full detail in this narrative. As far as regards a certain number of men and horses, which M-ere embarked at Ormnz upon a separate vessel, I have been unable hitherto to ascertain what has been their fate. It may be that some day I shall be able to put their adventures into writing.
В этом городе можно найти в большом количестве представителей всех религий, даже идолопоклонников, и никакая несправедливость не дозволяется по отношению к кому бы то ни было. Этот город называют также Дар-аль-Аман (обитель безопасности). Жители соединяют льстивость людей Ирака с глубокой хитростью индусов.
Я пребывал в этом месте на протяжении двух месяцев; и губернаторы искали всевозможные предлоги, чтобы задержать меня; так что благоприятное время для отплытия морским путем, то есть в начале или середине периода муссонов, миновало, и мы пробыли до конца муссонов, то есть до сезона, когда приходится опасаться бурь и нападений пиратов. Тогда они дали мне разрешение отбыть. Поскольку все люди и лошади не могли поместиться на одном и том же судне, их распределили по нескольким судам. Паруса были подняты, и мы начали наш рейс.
Как только я почувствовал запах моря, и все ужасы морского путешествия предстали передо мной, я упал в столь глубокий обморок, что в течение трех дней только дыхание указывало, что жизнь ещё теплится во мне. Когда я пришёл немного в себя, купцы, бывшие моими близкими друзьями, закричали в один голос, что время для навигации прошло и что каждый, кто пустится в море в этом сезоне, будет сам нести ответственность за свою смерть, так как он добровольно подверг себя опасности. Все единодушно решили пожертвовать суммой, которую они заплатили за проезд на судах, отказались от своего предприятия и после ряда трудностей высадились в порту Мускат. Я оставил этот город в сопровождении нескольких компаньонов и пошел в место, именуемое Карьят, где я послился и установил палатки, с намерением пожить здесь. Прибрежные торговцы называют словом телахи (потеря) то состояние, в котором они оказываются, когда, предприняв морской рейс, они не могут завершить его и обязаны остановиться в другом месте.
В настоящее время, когда, через эффект так многих превратностей, зеркало моего понимания стало закрытым, ржавеют, и ураган так многих болезненных обстоятельств погасил лампу моего мнения, так, чтобы я мог бы сказать, одним словом, что я упал в состояние безразличной глупости, неожиданно я однажды вечером встретил торговца, который был по его возвращению от берегов Hindoostan. Я спросил его, куда он шел? он ответил:
"Мой единственный цель состоит в том, чтобы достигнуть города Герата. " Когда я слышал, что он произнес название того города августа, я пошел очень почти отвлеченный. Торговец, соглашавшийся при моем запросе останавливаться некоторое время, я отбросил следующие стихи на бумагу.
Когда посреди незнакомцев, в час вечерней просьбы я записывал меня, чтобы плакать,
Я вспоминаю мои приключения, подробное описание которых сопровождается с необычными вздохами.
В воспоминании моей любовницы и моей страны я плачу так горько,
То, что я должен лишить целый мир вкуса и привычки к путешествию.
Я - уроженец страна Арабов, а не странной области.
O могущественный Бог, которого я призываю! удостойте, чтобы вернуть меня на товарищеские отношения моих друзей.
Все, что касается моего состояния, и к утомительности и опасностям против того, который я должен был бороться, было сформулировано в полной детали в этом рассказе. Насколько отношения некоторое число мужчин и лошадей, который Простой загруженный в Ormnz на отдельное судно, я был неспособен до настоящего времени установить то, что было их судьбой. Это может быть тот, однажды я буду способен поместить их приключения в письмо.
103
allotted to the Daiang. To the left of the said palace is the darab-khaneh (the mint). In this country they have three kinds of money, made of gold mixed with alloy : one called varahah weighs about one mithkal, equivalent to two dinars, kopeki ; the second, which is called pertab, is the half of the first ; the third, called fanom, is equivalent in value to the tenth part of the last-mentioned coin. Of these different coins the fanom is the most useful. They cast in pure silver
a coin which is the sixth of the fanom, which they call tar. This latter is also a very useful coin in currency. A copper coin worth the third of a tar, is called djitel. According to the practice adopted in this empire, all the provinces, at a fixed period, bring their gold to the mint. If any man receive from the divan an allowance in gold, he has to be paid by the darab-khaneh. The soldiers receive their pay every four months, and no payment is ever made by a draft upon the revenues of any province.
Narrative of my voyage into Hindoostan, and description of the wonders and remarkable peculiarities which this country presents.
P. 109
Ormuz, which is also called Djerrun, is a port situated in the middle of the sea, and which has not its equal on the surface of the globe. The merchants of seven climates, from Egypt, Syria, the country of Roum, Azerbijan, Irak-Arabi, and Irak-Adjemi, the provinces of Fars, Khorassan, Ma-wara-amahar, Turkistan, the kingdom of Deschti-Kaptchack, the countries inhabited by the Kalmucks, the whole of the kingdoms of Tchin and Matchin, and the city of Khanbalik, all make their way to this port ; the inhabitants of the sea coasts arrive here from the countries of Tchin, Java, Bengal, the cities of Zirbad, Tenasserim, Sokotora, Schahrinou, the islands of Diwah-Mahall, the countries of Malabar, Abyssinia, Zanguebar, the ports of Bidjanagar, Kalbergah, Gudjarat, Kanbait, the coasts of Arabia, which extend as far as Aden, Jiddah, and Yembo ; they bring hither those rare and precious articles which the sun, the moon, and the rains have combined to bring to perfection, and which arc capable of being transported by sea. Travellers from all countries resort hither, and, in exchange for the commodities which they bring, they can without trouble or difficulty obtain all that they desire. Bargains are made either by money or by exchange.
For all objects, with the exception of gold and silver, a tenth of their value is paid by a way of duty.
Notes
Roum : The Arabic name for Anatolia.
Deschti-Kaptchack: Or rather Dasht-i-Kipchak, the desert of Kipchak in Tartary.
Tchin: China.
Matchin: The southern parts of China.
Khanbalik: Pekin.
Zirbad: This name in Indian language means, " the country under the wind," and is referred to India beyond the Ganges, comprising the whole South-East Peninsula.
Schahrinou: Query, Shahnoor or Sivanur, in the province of Bejapoor, fifty miles south south-east from Darwar.
the islands of Diwah-Mahall: The Maldives.
the ports of Bidjanagar: The author means the ports of the sovereignties so named, as the capital cities bearing the same name were not on the sea-coast. The city of Bijanagur, now in ruins, was once the metropolis of a mighty Hindoo empire. It was thither that our author, as the reader will hereafter see, ultimately directed his steps ; and his narrative mainly consists of the description of this empire, its capital, and people. The remains of the city are situated on the south bank of the Toombuddra river, directly opposite to Annagoondy. It was begun to be built in a.d. 1:336, and was finished in 1343. The incessant hostilities between the Mahommedan sovereigns of the Deccan and this Hindoo principality, resulted in the total defeat of Ram Rajah, the sovereign of Bijanagur, and the sacking of the metropolis in 1565, and its subsequent depopulation in 1567. The celebrated Italian traveller Cesare Federici, who was there in the latter year, speaks with enthusiasm of its extent and enormous wealth. An interesting account of this empire and its fall, is given in the commencing chapter of Colonel Wilks's " Historical Sketches of the South of India," London, 1810, 4to.
Kalbergah: The town now known as the capital of a district of the same name, is situated in the province of Beeder, one hundred and five miles west of Hyderabad. Though now of little note, it was formerly famous as the metropolis both of a Hindoo and Mahomedau sovereignty. Rajahs of Kalberga are mentioned by Ferishta as independent princes when the Deccan was invaded by Alia ud Deeu in a.d. 1295, and on the establishment of Mahommedan independence in the Deccan in 1347, this city was made the capital of the new government.
Kanbait: Cambay.
Рассказ о путешествии Абд ар-Раззака
Рассказ о моём путешествии в Индостан и описание чудес и замечательных особенностей этой страны.
Стр. 109
Ормуз, который также называют, Джеррун, — это порт, расположенный по середине моря и не имеющий себе равных на поверхности земного шара. Торговцы семи климатов, из Египта, Сирии, страны Рум, Азербайджана, Ирака арабского и Ирака персидского, области Фарс, Хорасана, Маверранахра, Туркестана, королевства Дешти-Кипчак, стран, населенных калмыками, всего королевства Чин и Мачин и города Ханбалик, — все пробиваются к этому порту; жители морских побережий прибывают сюда из стран Чин, Явы, Бенгалии, города Зирбад, Тенассерим, Сокотры, Шахриноу, острова Дивах-Махалл, страны Малабар, Абиссинии, Зангебар, портов Виджаянагара, Калберги, Гуджарата, Канбайта, берегов Аравии, которые простираются до Адена, Джидды и Йембо; они доставляют сюда те редкие и драгоценные изделия, которые солнце, луна и дожди, объединившись, довели до совершенства и которые можно транспортировать морским путем. Путешественники из всех стран стремятся сюда и, в обмен на привозимые ими предметы они могут без труда получить всё, чего они желают. Сделки проводятся или за деньги, или по обмену.
Со всех товаров, за исключением золота и серебра, одна десятая их стоимости уплачивается в качестве пошлины.
Примечания
Рум: арабское название Анатолии.
Дешти-Кипчак (Deschti-Kaptchack или скорее Dasht-i-Kipchak): пустыня Кипчак в Татарии.
Чин: Китай.
Мачин: южные части Китая.
Ханбалик: Пекин.
Зирбад: Это название по-индийски значит «страна под ветром» и относится к Индии за пределами Ганга, включая всю Юго-Восточную часть полуострова Индостан.
Шахриноу: Shahnoor, или Sivanur, в области Биджапур, в пятидесяти милях к юго-юго-востоку от Дарвара.
острова Дивах-Махалл: Мальдивы.
порты Виджаянагара: автор имеет в виду порты государства с таким именем, так как столица, имеющая то же самое название, не расположена на побережье. Город Виджаянагар, теперь лежащий в руинах, был некогда столицей могущественной индусской империи. Именно туда наш автор, как читатель вскоре увидит, в конечном счете направил свой путь; и его рассказ главным образом состоит из описания этой империи, ее столицы и людей. Руины города расположены на южном берегу реки Тумбуддра (Тунгабхадра?), непосредственно напротив Аннагунди (Annagoondy). Строительство города началось в 1336 и закончилось в 1343. Непрерывные военные действия между Магометанскими правителями Декана и этим индусским княжеством закончились полным поражением Раджи Рама, правителя Виджаянагара и разграблением столицы в 1565, с ее последующим опустошением в 1567. Знаменитый итальянский путешественник Чезаре Федеричи говорит с энтузиазмом о его протяжености и огромном богатстве. Интересные сведения об этой империи и ее падении даются в начальной главе «Исторических эскизов о Юге Индии» полковника Вилкса (Лондон, 1810, 4to).
Гулбарга: город, теперь известный как столица одноимённого дистрикта, расположен в области Бидар, в ста пяти милях к западу от Хайдарабада. Хотя теперь он не имеет большого значения, прежде был известен как столица сначала индусского, а потом мусульманского государства. Раджи Гулбарга упоминаются историком Фериште (Ferishta) как независимые правители, когда в Декан вторгся Алауддин Бахман-шах в 1295, и после учреждения мусульманской власти на Декане в 1347 этот город стал столицей нового государства.
Канбайт (Кanbait): Камбей (Cambay).
111
Persons of all religions, and even idolaters, are found in great numbers in this city, and no injustice is permitted towards any person whatever. This city is also named Dâralaman (the abode of security). The inhabitants unite the flattering character of the people of Irak with the profound cunning of the Indians.
I sojourned in this place for the space of two months ; and the governors sought all kinds of pretexts to detain me ; so that the favorable time for departing by sea, that is to say the beginning or middle of the monsoon, was allowed to pass, and we came to the end of the monsoon, which is the season when tempests and attacks from pirates are to be dreaded. Then they gave me permission to depart. As the men and horses could not all be contained in the same vessel, they were distributed among several ships. The sails were hoisted, and we commenced our voyage.
As soon as I caught the smell of the vessel, and all the terrors of the sea presented themselves before me, I fell into so deep a swoon, that for three days respiration alone indicated that life remained within me. When I came a little to myself, the merchants, who were my intimate friends, cried with one voice that the time for navigation was passed, and that every one who put to sea at this season was alone responsible for his death, since he voluntarily placed himself in peril. All, with one accord, having sacrificed the sum which they had paid for freight in the ships, abandoned their project, and after some difficulties disembarked at the port of Muscat. For myself, I quitted this city, escorted by the principal companions of my voyage, and went to a place called Kariat, where I established myself and fixed my tents, with the intention of there remaining. The merchants of the coasts designate by the word telâhi (loss) the condition in which they find themselves when, having undertaken a sea voyage, they cannot accomplish it, and are obliged to stop in some other place. In consequence of the severity of pitiless weather and the adverse manifestations of a treacherous fate, my heart was crushed like glass and my soul became weary of life, and my season of relaxation became excessively trying to me.
At the moment when, through the effect of so many vicissitudes, the mirror of my understanding had become covered with rust, and the hurricane of so many painful circumstances had extinguished the lamp of my mind, so that I might say in one word I had fallen into a condition of apathetic stupidity, on a sudden I one evening met a merchant who was on his return from the shores of Hindoostan. I asked him whither he was going ? he replied :
"My only object is to reach the city of Herat." When I heard him utter the name of that august city I went very nearly distracted. The merchant having consented at my request to tarry awhile, I threw off the following verses upon paper.
When in the midst of strangers, at the hour of the evening prayer I set me down to weep,
I recall my adventures, the recital of which is accompanied with unusual sighs.
At the remembrance of my mistress and of my country I weep so bitterly,
That I should deprive the whole world of the taste and habit of travelling .
I am a native of the country of the Arabs, and not of a strange region.
O mighty God, whom I invoke ! vouchsafe to bring me back to the companionship of my friends.
Everything which relates to my condition, and to tediousness and dangers against which I have had to contend, has been set forth in full detail in this narrative. As far as regards a certain number of men and horses, which M-ere embarked at Ormnz upon a separate vessel, I have been unable hitherto to ascertain what has been their fate. It may be that some day I shall be able to put their adventures into writing.
В этом городе можно найти в большом количестве представителей всех религий, даже идолопоклонников, и никакая несправедливость не дозволяется по отношению к кому бы то ни было. Этот город называют также Дар-аль-Аман (обитель безопасности). Жители соединяют льстивость людей Ирака с глубокой хитростью индусов.
Я пребывал в этом месте на протяжении двух месяцев; и губернаторы искали всевозможные предлоги, чтобы задержать меня; так что благоприятное время для отплытия морским путем, то есть в начале или середине периода муссонов, миновало, и мы пробыли до конца муссонов, то есть до сезона, когда приходится опасаться бурь и нападений пиратов. Тогда они дали мне разрешение отбыть. Поскольку все люди и лошади не могли поместиться на одном и том же судне, их распределили по нескольким судам. Паруса были подняты, и мы начали наш рейс.
Как только я почувствовал запах моря, и все ужасы морского путешествия предстали передо мной, я упал в столь глубокий обморок, что в течение трех дней только дыхание указывало, что жизнь ещё теплится во мне. Когда я пришёл немного в себя, купцы, бывшие моими близкими друзьями, закричали в один голос, что время для навигации прошло и что каждый, кто пустится в море в этом сезоне, будет сам нести ответственность за свою смерть, так как он добровольно подверг себя опасности. Все единодушно решили пожертвовать суммой, которую они заплатили за проезд на судах, отказались от своего предприятия и после ряда трудностей высадились в порту Мускат. Я оставил этот город в сопровождении нескольких компаньонов и пошел в место, именуемое Карьят, где я послился и установил палатки, с намерением пожить здесь. Прибрежные торговцы называют словом телахи (потеря) то состояние, в котором они оказываются, когда, предприняв морской рейс, они не могут завершить его и обязаны остановиться в другом месте.
В настоящее время, когда, через эффект так многих превратностей, зеркало моего понимания стало закрытым, ржавеют, и ураган так многих болезненных обстоятельств погасил лампу моего мнения, так, чтобы я мог бы сказать, одним словом, что я упал в состояние безразличной глупости, неожиданно я однажды вечером встретил торговца, который был по его возвращению от берегов Hindoostan. Я спросил его, куда он шел? он ответил:
"Мой единственный цель состоит в том, чтобы достигнуть города Герата. " Когда я слышал, что он произнес название того города августа, я пошел очень почти отвлеченный. Торговец, соглашавшийся при моем запросе останавливаться некоторое время, я отбросил следующие стихи на бумагу.
Когда посреди незнакомцев, в час вечерней просьбы я записывал меня, чтобы плакать,
Я вспоминаю мои приключения, подробное описание которых сопровождается с необычными вздохами.
В воспоминании моей любовницы и моей страны я плачу так горько,
То, что я должен лишить целый мир вкуса и привычки к путешествию.
Я - уроженец страна Арабов, а не странной области.
O могущественный Бог, которого я призываю! удостойте, чтобы вернуть меня на товарищеские отношения моих друзей.
Все, что касается моего состояния, и к утомительности и опасностям против того, который я должен был бороться, было сформулировано в полной детали в этом рассказе. Насколько отношения некоторое число мужчин и лошадей, который Простой загруженный в Ormnz на отдельное судно, я был неспособен до настоящего времени установить то, что было их судьбой. Это может быть тот, однажды я буду способен поместить их приключения в письмо.
103
allotted to the Daiang. To the left of the said palace is the darab-khaneh (the mint). In this country they have three kinds of money, made of gold mixed with alloy : one called varahah weighs about one mithkal, equivalent to two dinars, kopeki ; the second, which is called pertab, is the half of the first ; the third, called fanom, is equivalent in value to the tenth part of the last-mentioned coin. Of these different coins the fanom is the most useful. They cast in pure silver
a coin which is the sixth of the fanom, which they call tar. This latter is also a very useful coin in currency. A copper coin worth the third of a tar, is called djitel. According to the practice adopted in this empire, all the provinces, at a fixed period, bring their gold to the mint. If any man receive from the divan an allowance in gold, he has to be paid by the darab-khaneh. The soldiers receive their pay every four months, and no payment is ever made by a draft upon the revenues of any province.
Tuesday, October 5, 2010
Если бы не было зимней войны
Если бы не было зимней войны
Предположим, Сталин не нападает на Финляндию. Гитлер ошибочно полагает, что Красная армия сильна и отказывается от плана Барбаросса. Все силы бросает против Англии. Месяца за два захватывает Британские острова. Королеву Гитлер берёт себе в наложницы. Черчилля сажают в железную клетку и возят по Европе. Мальчишки стреляют в него из рогаток и забрасывают гнилыми помидорами.
Гитлер предъявляет ультиматум скандинавским странам. Они дружно подчиняются Гитлеру. Балканы Гитлер по-дружески уступает СССР. Последний договаривается с Японией о разделе Китая. Западный Китай отходит СССР, восточный и южный Китай — Японии. Всю Юго-Восточную Азию также захватывает Япония.
Затем самое интересное. СССР вместе с Японией нападает на США с запада, а Германия с востока. Через полгода США повержены. Аляска и северо-западные штаты отходят СССР, южные штаты Японии, восточные Германии. Жители советской зоны образуют Американскую Советскую Социалистическую Республику и обращаются в Верховный Совет с просьбой принять их в СССР. Просьба удовлетворяется. Германская зона оккупации объявляется протекторатом Третьего Рейха. Япония в калифорнии повторяет шанхайскую резню. Американцы, оказавшиеся в трёх оккупационных зонах, тщетно пытаются найти лучшую жизнь, перебегая из одной зоны в другую. Разницы практически нет. Тогда бегут в Мексику. Там их принимают на ура. Поручают самую грязную работу за гроши. Вскоре понимают, что беглецов можно использовать гораздо эффективнее. Беглые американцы поднимают экономику Мексики. Последняя становится ведущей державой в Латинской Америке.
Тут-то три империи замечают, что рано почивать на лаврах. Объединёнными усилиями нападают на Мексику, завоёвывают её. Затем очередь Южной Америки. Обкуренные боливийцы и разные прочие колумбийцы даже не замечают, что власть переменилась. Им лишь бы травка была.
Далее три империи завоёвывают и делят Африку. Итак, весь мир в руках СССР, Японии и Германии. Чтобы отпраздновать победу над миром, главы триумвирата собираются на ялтинскую конференцию. За пиршественным столом сидят Сталин, Гитлер и японский император Хирохито. В углу зала на цепи Черчилль, Рузвельт и де Голль. Победители бросают им кости, из-за которых бывшие союзники отчаянно дерутся, потому что их держат впроголодь.
В зал под звуки горна входят пионеры. Подняв руки в пионерском салюте, они с обожанием глядят на любимого вождя. Налив в отделанный серебром рог киндзмараули, Сталин провозглашает тост:
— Дарагие таваришши! Я поднимаю этот бокал за терпение и стойкость народов Германии, Японии и СССР. Они испытали много трудностей, перетерпели много бедствий, но зато теперь им принадлежит весь мир. Англо-американские империалисты повержены. Земля перешла в руки рабочих и крестьян самых передовых стран в мире — Японии, Германии и СССР. За победу!
Затем встаёт Гитлер. В его руках большая кружка пива.
— Камрады! Идеи национал-социализма, как я всегда говорил, оказались сильнее жидо-масонского гуманизма и придуманных вырожденцами англосаксами так называемых прав человека.
Члены гитлерюгенда в коричневых рубашках дружно хлопают.
Хирохито держит в руках чашу саке.
— Коннитива! Великая Япония показала свою силу, завоевав треть земного шара. Японцы, как передовой отряд жёлтой расы, царят над китайцами, корейцами, вьетнамцами и прочими недочеловеками. За великую Японию!
Присутствующие в зале камикадзе в хакама и с катанами восклицают «Банзай!»
Главы триумвирата осушают бокалы. Выпив, члены триумвирата закусывают, чем Бог послал, бросая объедки «союзникам». Де Голль своими длинными руками достаёт лучшие куски. Рузвельт пытается отнять их у француза, орудуя своим инвалидным креслом. Голодный Черчилль смиренно посасывает сигару.
Казалось бы, жить этим трём империям да радоваться. Однако каждая империя тайком от других работает над атомной бомбой. Лучшие умы мира, поделённые между тремя странами победителями, день и ночь решают атомную проблему. Благодаря бескрайнему финансированию все три страны одновременно достигают цели и одновременно посылают каждая на две другие ракеты с ядерными боеголовками. В результате мировой ядерной войны вся Земля разрушена. Все погибли. Конец света…
***
Как удачно сложилось, что Сталин напал на Финляндию!
Предположим, Сталин не нападает на Финляндию. Гитлер ошибочно полагает, что Красная армия сильна и отказывается от плана Барбаросса. Все силы бросает против Англии. Месяца за два захватывает Британские острова. Королеву Гитлер берёт себе в наложницы. Черчилля сажают в железную клетку и возят по Европе. Мальчишки стреляют в него из рогаток и забрасывают гнилыми помидорами.
Гитлер предъявляет ультиматум скандинавским странам. Они дружно подчиняются Гитлеру. Балканы Гитлер по-дружески уступает СССР. Последний договаривается с Японией о разделе Китая. Западный Китай отходит СССР, восточный и южный Китай — Японии. Всю Юго-Восточную Азию также захватывает Япония.
Затем самое интересное. СССР вместе с Японией нападает на США с запада, а Германия с востока. Через полгода США повержены. Аляска и северо-западные штаты отходят СССР, южные штаты Японии, восточные Германии. Жители советской зоны образуют Американскую Советскую Социалистическую Республику и обращаются в Верховный Совет с просьбой принять их в СССР. Просьба удовлетворяется. Германская зона оккупации объявляется протекторатом Третьего Рейха. Япония в калифорнии повторяет шанхайскую резню. Американцы, оказавшиеся в трёх оккупационных зонах, тщетно пытаются найти лучшую жизнь, перебегая из одной зоны в другую. Разницы практически нет. Тогда бегут в Мексику. Там их принимают на ура. Поручают самую грязную работу за гроши. Вскоре понимают, что беглецов можно использовать гораздо эффективнее. Беглые американцы поднимают экономику Мексики. Последняя становится ведущей державой в Латинской Америке.
Тут-то три империи замечают, что рано почивать на лаврах. Объединёнными усилиями нападают на Мексику, завоёвывают её. Затем очередь Южной Америки. Обкуренные боливийцы и разные прочие колумбийцы даже не замечают, что власть переменилась. Им лишь бы травка была.
Далее три империи завоёвывают и делят Африку. Итак, весь мир в руках СССР, Японии и Германии. Чтобы отпраздновать победу над миром, главы триумвирата собираются на ялтинскую конференцию. За пиршественным столом сидят Сталин, Гитлер и японский император Хирохито. В углу зала на цепи Черчилль, Рузвельт и де Голль. Победители бросают им кости, из-за которых бывшие союзники отчаянно дерутся, потому что их держат впроголодь.
В зал под звуки горна входят пионеры. Подняв руки в пионерском салюте, они с обожанием глядят на любимого вождя. Налив в отделанный серебром рог киндзмараули, Сталин провозглашает тост:
— Дарагие таваришши! Я поднимаю этот бокал за терпение и стойкость народов Германии, Японии и СССР. Они испытали много трудностей, перетерпели много бедствий, но зато теперь им принадлежит весь мир. Англо-американские империалисты повержены. Земля перешла в руки рабочих и крестьян самых передовых стран в мире — Японии, Германии и СССР. За победу!
Затем встаёт Гитлер. В его руках большая кружка пива.
— Камрады! Идеи национал-социализма, как я всегда говорил, оказались сильнее жидо-масонского гуманизма и придуманных вырожденцами англосаксами так называемых прав человека.
Члены гитлерюгенда в коричневых рубашках дружно хлопают.
Хирохито держит в руках чашу саке.
— Коннитива! Великая Япония показала свою силу, завоевав треть земного шара. Японцы, как передовой отряд жёлтой расы, царят над китайцами, корейцами, вьетнамцами и прочими недочеловеками. За великую Японию!
Присутствующие в зале камикадзе в хакама и с катанами восклицают «Банзай!»
Главы триумвирата осушают бокалы. Выпив, члены триумвирата закусывают, чем Бог послал, бросая объедки «союзникам». Де Голль своими длинными руками достаёт лучшие куски. Рузвельт пытается отнять их у француза, орудуя своим инвалидным креслом. Голодный Черчилль смиренно посасывает сигару.
Казалось бы, жить этим трём империям да радоваться. Однако каждая империя тайком от других работает над атомной бомбой. Лучшие умы мира, поделённые между тремя странами победителями, день и ночь решают атомную проблему. Благодаря бескрайнему финансированию все три страны одновременно достигают цели и одновременно посылают каждая на две другие ракеты с ядерными боеголовками. В результате мировой ядерной войны вся Земля разрушена. Все погибли. Конец света…
***
Как удачно сложилось, что Сталин напал на Финляндию!
Monday, October 4, 2010
Ничего личного, или Лужков на Триумфальной
Ничего личного, или Лужков на Триумфальной
Пьеса в одном действии, трёх картинах.
Действующие лица:
Лимонов
Лужков
Московский клон "жемчужного" прапорщика
Хорьки
Гнобители хорьков
Действие первое.
Явление первое.
Сцена представляет Триумфальную площадь. Последнее число октября. Шесть часов вечера.
Лимонов стоит вместе с соратниками.
Явление второе.
Лужков с флажком с надписью "31" выходит на площадь, подходит к группе во главе с Лимоновым и встаёт обочь последнего.
Явление третье.
На сцене появляются омоновцы во главе с Московским Клоном Жемчужного прапорщика. Омоновцы угрожающе размахивают дубинками.
Лужков (с дрожью в голосе):
Господа, неужели вы будете нас бить?
Омоновцы:
Да мы (писк) вас (писк), хорьки (писк), к такой (писк) покажем (писк), мало (писк) не покажется!
Московский клон "жемчужного" прапорщика:
Извините, Ю.М., но мы выполняем ваш приказ: давить беспощадно всех гражданских, которые осмелятся выйти тридцать первого числа на Триумфальную. Новый мэр этот приказ не отменил. Ничего личного!
Дубинка опускается на кепку новоиспечённого оппозиционера.
Занавес тоже опускается. Зрители встают и выходят, проливая крокодиловы слёзы.
Пьеса в одном действии, трёх картинах.
Действующие лица:
Лимонов
Лужков
Московский клон "жемчужного" прапорщика
Хорьки
Гнобители хорьков
Действие первое.
Явление первое.
Сцена представляет Триумфальную площадь. Последнее число октября. Шесть часов вечера.
Лимонов стоит вместе с соратниками.
Явление второе.
Лужков с флажком с надписью "31" выходит на площадь, подходит к группе во главе с Лимоновым и встаёт обочь последнего.
Явление третье.
На сцене появляются омоновцы во главе с Московским Клоном Жемчужного прапорщика. Омоновцы угрожающе размахивают дубинками.
Лужков (с дрожью в голосе):
Господа, неужели вы будете нас бить?
Омоновцы:
Да мы (писк) вас (писк), хорьки (писк), к такой (писк) покажем (писк), мало (писк) не покажется!
Московский клон "жемчужного" прапорщика:
Извините, Ю.М., но мы выполняем ваш приказ: давить беспощадно всех гражданских, которые осмелятся выйти тридцать первого числа на Триумфальную. Новый мэр этот приказ не отменил. Ничего личного!
Дубинка опускается на кепку новоиспечённого оппозиционера.
Занавес тоже опускается. Зрители встают и выходят, проливая крокодиловы слёзы.
Sunday, October 3, 2010
Aesopi phrygis
Aesopi phrygis
Fabvlae elegantissimis eiconibus veras animalium species ad visum adumbrantes.
Gabriae Graeci fabellae x x x x IIII.
Batrachomuomachia Homeri, hoc est , ranarum et murium pugna
Galeomuomachia (hoc est, Filiunm & murium pugna, Tragoedia Graeca
Haec omnia cum Latina interpretatione.
Nunc primum accesserunt Avieni antiqui auctoris fabulae nusqua antehac editae.
Lugduni
1570
9
Aesopi vita a Maximo Planude conscripta.
121
Aesopi fabulae
Aquila et vulpes
Fabvlae elegantissimis eiconibus veras animalium species ad visum adumbrantes.
Gabriae Graeci fabellae x x x x IIII.
Batrachomuomachia Homeri, hoc est , ranarum et murium pugna
Galeomuomachia (hoc est, Filiunm & murium pugna, Tragoedia Graeca
Haec omnia cum Latina interpretatione.
Nunc primum accesserunt Avieni antiqui auctoris fabulae nusqua antehac editae.
Lugduni
1570
9
Aesopi vita a Maximo Planude conscripta.
121
Aesopi fabulae
Aquila et vulpes
Friday, October 1, 2010
Лао-цзы.
《老子》 第四十七章
不出户，知天下；不窥牖，见天道。其出弥远，其知弥少。是以圣人不行而知，不见而明，不为而成。
В круглых скобках после иероглифа приводится тот же иероглиф в традиционном (полном) начертании.
老子【lǎozi】Лао-цзы.
第【dì】(префикс перед числом для образования порядковых числительных).
四十七【sìshíqī】 сорок семь, 47.
章【zhāng】 глава, раздел, часть (книги, документа).
不【bù】 не, нет.
出【chū】 выходить.
户【hù】 дверь.
知【zhī】 знать.
天下【tiānxià】 (букв. Земля под небом) весь мир или Китай.
窺【kuī】смотреть, наблюдать.
牖【yǒu】окно
见(見)【xiàn】видеть
天道【tiāndào】deva-gati, or devasopāna (1) The highest of the six paths 六道, the realm of devas, i. e. the eighteen heavens of form and four of formlessness. A place of enjoyment, where the meritorious enjoy the fruits of good karma, but not a place of progress toward bodhisattva perfection. (2) The Dao of Heaven, natural law, cosmic energy; according to the Daoists, the origin and law of all things.
其【qí】 тот кто, он.
弥(彌)【mí】 полный, весь; более.
远 (遠)【yuǎn】далёкий.
少【shào】мало.
是【shì】 (связка).
以【yǐ】потому что.
圣(聖)人 shèngrén 1) совершенный мудрец (человек); святой 2) будд. постигший истину 3) конф. совершенно-мудрый (о Конфуции) [聖人 is the opposite of the 凡人【fán rén】common, or unenlightened man]
行【xíng】отправляться в дальний путь, путешествовать.
明【míng】постигать, понимать; усваивать, познавать.
为(為)【wéi】 действовать.
成【chéng】заканчиваться [успехом], завершаться.
(Нижеприведённый перевод не претендует на совершенство. У каждого может быть своё понимание текста.)
Не выходя со двора, можно познать мир. Не выглядывая из окна, можно видеть естественное дао. Чем дальше идёшь, тем меньше познаёшь. Поэтому совершенномудрый не ходит, но познаёт [всё]. Не видя [вещей], он проникает в их [сущность]. Не действуя, он добивается успеха.
(перевод Ян Хин-шуна)
Эта глава из Дао Дэ Цзин положена на музыку Джорджем Харрисоном из группы Биттлз. Слова являются почти буквальным переводом (только последняя фраза осталась без перевода):
The Inner Light
Without going out of my door
I can know all things on Earth.
Without looking out of my window
I could know the ways of heaven.
The farther one travels,
The less one knows,
The less one knows.
Without going out of your door
You can know all things on Earth.
Without looking out of your window
You can know the ways of heaven.
The farther one travels,
The less one knows,
The less one knows.
Arrive without traveling.
See all without looking.
(See all without looking).
不出户，知天下；不窥牖，见天道。其出弥远，其知弥少。是以圣人不行而知，不见而明，不为而成。
В круглых скобках после иероглифа приводится тот же иероглиф в традиционном (полном) начертании.
老子【lǎozi】Лао-цзы.
第【dì】(префикс перед числом для образования порядковых числительных).
四十七【sìshíqī】 сорок семь, 47.
章【zhāng】 глава, раздел, часть (книги, документа).
不【bù】 не, нет.
出【chū】 выходить.
户【hù】 дверь.
知【zhī】 знать.
天下【tiānxià】 (букв. Земля под небом) весь мир или Китай.
窺【kuī】смотреть, наблюдать.
牖【yǒu】окно
见(見)【xiàn】видеть
天道【tiāndào】deva-gati, or devasopāna (1) The highest of the six paths 六道, the realm of devas, i. e. the eighteen heavens of form and four of formlessness. A place of enjoyment, where the meritorious enjoy the fruits of good karma, but not a place of progress toward bodhisattva perfection. (2) The Dao of Heaven, natural law, cosmic energy; according to the Daoists, the origin and law of all things.
其【qí】 тот кто, он.
弥(彌)【mí】 полный, весь; более.
远 (遠)【yuǎn】далёкий.
少【shào】мало.
是【shì】 (связка).
以【yǐ】потому что.
圣(聖)人 shèngrén 1) совершенный мудрец (человек); святой 2) будд. постигший истину 3) конф. совершенно-мудрый (о Конфуции) [聖人 is the opposite of the 凡人【fán rén】common, or unenlightened man]
行【xíng】отправляться в дальний путь, путешествовать.
明【míng】постигать, понимать; усваивать, познавать.
为(為)【wéi】 действовать.
成【chéng】заканчиваться [успехом], завершаться.
(Нижеприведённый перевод не претендует на совершенство. У каждого может быть своё понимание текста.)
Не выходя со двора, можно познать мир. Не выглядывая из окна, можно видеть естественное дао. Чем дальше идёшь, тем меньше познаёшь. Поэтому совершенномудрый не ходит, но познаёт [всё]. Не видя [вещей], он проникает в их [сущность]. Не действуя, он добивается успеха.
(перевод Ян Хин-шуна)
Эта глава из Дао Дэ Цзин положена на музыку Джорджем Харрисоном из группы Биттлз. Слова являются почти буквальным переводом (только последняя фраза осталась без перевода):
The Inner Light
Without going out of my door
I can know all things on Earth.
Without looking out of my window
I could know the ways of heaven.
The farther one travels,
The less one knows,
The less one knows.
Without going out of your door
You can know all things on Earth.
Without looking out of your window
You can know the ways of heaven.
The farther one travels,
The less one knows,
The less one knows.
Arrive without traveling.
See all without looking.
(See all without looking).
Subscribe to:
Posts (Atom)