Narrative of the journey of Abd-er-Razzak.
Narrative of my voyage into Hindoostan, and description of the wonders and remarkable peculiarities which this country presents.
P. 109
Ormuz, which is also called Djerrun, is a port situated in the middle of the sea, and which has not its equal on the surface of the globe. The merchants of seven climates, from Egypt, Syria, the country of Roum, Azerbijan, Irak-Arabi, and Irak-Adjemi, the provinces of Fars, Khorassan, Ma-wara-amahar, Turkistan, the kingdom of Deschti-Kaptchack, the countries inhabited by the Kalmucks, the whole of the kingdoms of Tchin and Matchin, and the city of Khanbalik, all make their way to this port ; the inhabitants of the sea coasts arrive here from the countries of Tchin, Java, Bengal, the cities of Zirbad, Tenasserim, Sokotora, Schahrinou, the islands of Diwah-Mahall, the countries of Malabar, Abyssinia, Zanguebar, the ports of Bidjanagar, Kalbergah, Gudjarat, Kanbait, the coasts of Arabia, which extend as far as Aden, Jiddah, and Yembo ; they bring hither those rare and precious articles which the sun, the moon, and the rains have combined to bring to perfection, and which arc capable of being transported by sea. Travellers from all countries resort hither, and, in exchange for the commodities which they bring, they can without trouble or difficulty obtain all that they desire. Bargains are made either by money or by exchange.
For all objects, with the exception of gold and silver, a tenth of their value is paid by a way of duty.
Notes
Roum : The Arabic name for Anatolia.
Deschti-Kaptchack: Or rather Dasht-i-Kipchak, the desert of Kipchak in Tartary.
Tchin: China.
Matchin: The southern parts of China.
Khanbalik: Pekin.
Zirbad: This name in Indian language means, " the country under the wind," and is referred to India beyond the Ganges, comprising the whole South-East Peninsula.
Schahrinou: Query, Shahnoor or Sivanur, in the province of Bejapoor, fifty miles south south-east from Darwar.
the islands of Diwah-Mahall: The Maldives.
the ports of Bidjanagar: The author means the ports of the sovereignties so named, as the capital cities bearing the same name were not on the sea-coast. The city of Bijanagur, now in ruins, was once the metropolis of a mighty Hindoo empire. It was thither that our author, as the reader will hereafter see, ultimately directed his steps ; and his narrative mainly consists of the description of this empire, its capital, and people. The remains of the city are situated on the south bank of the Toombuddra river, directly opposite to Annagoondy. It was begun to be built in a.d. 1:336, and was finished in 1343. The incessant hostilities between the Mahommedan sovereigns of the Deccan and this Hindoo principality, resulted in the total defeat of Ram Rajah, the sovereign of Bijanagur, and the sacking of the metropolis in 1565, and its subsequent depopulation in 1567. The celebrated Italian traveller Cesare Federici, who was there in the latter year, speaks with enthusiasm of its extent and enormous wealth. An interesting account of this empire and its fall, is given in the commencing chapter of Colonel Wilks's " Historical Sketches of the South of India," London, 1810, 4to.
Kalbergah: The town now known as the capital of a district of the same name, is situated in the province of Beeder, one hundred and five miles west of Hyderabad. Though now of little note, it was formerly famous as the metropolis both of a Hindoo and Mahomedau sovereignty. Rajahs of Kalberga are mentioned by Ferishta as independent princes when the Deccan was invaded by Alia ud Deeu in a.d. 1295, and on the establishment of Mahommedan independence in the Deccan in 1347, this city was made the capital of the new government.
Kanbait: Cambay.
Рассказ о путешествии Абд ар-Раззака
Рассказ о моём путешествии в Индостан и описание чудес и замечательных особенностей этой страны.
Стр. 109
Ормуз, который также называют, Джеррун, — это порт, расположенный по середине моря и не имеющий себе равных на поверхности земного шара. Торговцы семи климатов, из Египта, Сирии, страны Рум, Азербайджана, Ирака арабского и Ирака персидского, области Фарс, Хорасана, Маверранахра, Туркестана, королевства Дешти-Кипчак, стран, населенных калмыками, всего королевства Чин и Мачин и города Ханбалик, — все пробиваются к этому порту; жители морских побережий прибывают сюда из стран Чин, Явы, Бенгалии, города Зирбад, Тенассерим, Сокотры, Шахриноу, острова Дивах-Махалл, страны Малабар, Абиссинии, Зангебар, портов Виджаянагара, Калберги, Гуджарата, Канбайта, берегов Аравии, которые простираются до Адена, Джидды и Йембо; они доставляют сюда те редкие и драгоценные изделия, которые солнце, луна и дожди, объединившись, довели до совершенства и которые можно транспортировать морским путем. Путешественники из всех стран стремятся сюда и, в обмен на привозимые ими предметы они могут без труда получить всё, чего они желают. Сделки проводятся или за деньги, или по обмену.
Со всех товаров, за исключением золота и серебра, одна десятая их стоимости уплачивается в качестве пошлины.
Примечания
Рум: арабское название Анатолии.
Дешти-Кипчак (Deschti-Kaptchack или скорее Dasht-i-Kipchak): пустыня Кипчак в Татарии.
Чин: Китай.
Мачин: южные части Китая.
Ханбалик: Пекин.
Зирбад: Это название по-индийски значит «страна под ветром» и относится к Индии за пределами Ганга, включая всю Юго-Восточную часть полуострова Индостан.
Шахриноу: Shahnoor, или Sivanur, в области Биджапур, в пятидесяти милях к юго-юго-востоку от Дарвара.
острова Дивах-Махалл: Мальдивы.
порты Виджаянагара: автор имеет в виду порты государства с таким именем, так как столица, имеющая то же самое название, не расположена на побережье. Город Виджаянагар, теперь лежащий в руинах, был некогда столицей могущественной индусской империи. Именно туда наш автор, как читатель вскоре увидит, в конечном счете направил свой путь; и его рассказ главным образом состоит из описания этой империи, ее столицы и людей. Руины города расположены на южном берегу реки Тумбуддра (Тунгабхадра?), непосредственно напротив Аннагунди (Annagoondy). Строительство города началось в 1336 и закончилось в 1343. Непрерывные военные действия между Магометанскими правителями Декана и этим индусским княжеством закончились полным поражением Раджи Рама, правителя Виджаянагара и разграблением столицы в 1565, с ее последующим опустошением в 1567. Знаменитый итальянский путешественник Чезаре Федеричи говорит с энтузиазмом о его протяжености и огромном богатстве. Интересные сведения об этой империи и ее падении даются в начальной главе «Исторических эскизов о Юге Индии» полковника Вилкса (Лондон, 1810, 4to).
Гулбарга: город, теперь известный как столица одноимённого дистрикта, расположен в области Бидар, в ста пяти милях к западу от Хайдарабада. Хотя теперь он не имеет большого значения, прежде был известен как столица сначала индусского, а потом мусульманского государства. Раджи Гулбарга упоминаются историком Фериште (Ferishta) как независимые правители, когда в Декан вторгся Алауддин Бахман-шах в 1295, и после учреждения мусульманской власти на Декане в 1347 этот город стал столицей нового государства.
Канбайт (Кanbait): Камбей (Cambay).
111
Persons of all religions, and even idolaters, are found in great numbers in this city, and no injustice is permitted towards any person whatever. This city is also named Dâralaman (the abode of security). The inhabitants unite the flattering character of the people of Irak with the profound cunning of the Indians.
I sojourned in this place for the space of two months ; and the governors sought all kinds of pretexts to detain me ; so that the favorable time for departing by sea, that is to say the beginning or middle of the monsoon, was allowed to pass, and we came to the end of the monsoon, which is the season when tempests and attacks from pirates are to be dreaded. Then they gave me permission to depart. As the men and horses could not all be contained in the same vessel, they were distributed among several ships. The sails were hoisted, and we commenced our voyage.
As soon as I caught the smell of the vessel, and all the terrors of the sea presented themselves before me, I fell into so deep a swoon, that for three days respiration alone indicated that life remained within me. When I came a little to myself, the merchants, who were my intimate friends, cried with one voice that the time for navigation was passed, and that every one who put to sea at this season was alone responsible for his death, since he voluntarily placed himself in peril. All, with one accord, having sacrificed the sum which they had paid for freight in the ships, abandoned their project, and after some difficulties disembarked at the port of Muscat. For myself, I quitted this city, escorted by the principal companions of my voyage, and went to a place called Kariat, where I established myself and fixed my tents, with the intention of there remaining. The merchants of the coasts designate by the word telâhi (loss) the condition in which they find themselves when, having undertaken a sea voyage, they cannot accomplish it, and are obliged to stop in some other place. In consequence of the severity of pitiless weather and the adverse manifestations of a treacherous fate, my heart was crushed like glass and my soul became weary of life, and my season of relaxation became excessively trying to me.
At the moment when, through the effect of so many vicissitudes, the mirror of my understanding had become covered with rust, and the hurricane of so many painful circumstances had extinguished the lamp of my mind, so that I might say in one word I had fallen into a condition of apathetic stupidity, on a sudden I one evening met a merchant who was on his return from the shores of Hindoostan. I asked him whither he was going ? he replied :
"My only object is to reach the city of Herat." When I heard him utter the name of that august city I went very nearly distracted. The merchant having consented at my request to tarry awhile, I threw off the following verses upon paper.
When in the midst of strangers, at the hour of the evening prayer I set me down to weep,
I recall my adventures, the recital of which is accompanied with unusual sighs.
At the remembrance of my mistress and of my country I weep so bitterly,
That I should deprive the whole world of the taste and habit of travelling .
I am a native of the country of the Arabs, and not of a strange region.
O mighty God, whom I invoke ! vouchsafe to bring me back to the companionship of my friends.
Everything which relates to my condition, and to tediousness and dangers against which I have had to contend, has been set forth in full detail in this narrative. As far as regards a certain number of men and horses, which M-ere embarked at Ormnz upon a separate vessel, I have been unable hitherto to ascertain what has been their fate. It may be that some day I shall be able to put their adventures into writing.
В этом городе можно найти в большом количестве представителей всех религий, даже идолопоклонников, и никакая несправедливость не дозволяется по отношению к кому бы то ни было. Этот город называют также Дар-аль-Аман (обитель безопасности). Жители соединяют льстивость людей Ирака с глубокой хитростью индусов.
Я пребывал в этом месте на протяжении двух месяцев; и губернаторы искали всевозможные предлоги, чтобы задержать меня; так что благоприятное время для отплытия морским путем, то есть в начале или середине периода муссонов, миновало, и мы пробыли до конца муссонов, то есть до сезона, когда приходится опасаться бурь и нападений пиратов. Тогда они дали мне разрешение отбыть. Поскольку все люди и лошади не могли поместиться на одном и том же судне, их распределили по нескольким судам. Паруса были подняты, и мы начали наш рейс.
Как только я почувствовал запах моря, и все ужасы морского путешествия предстали передо мной, я упал в столь глубокий обморок, что в течение трех дней только дыхание указывало, что жизнь ещё теплится во мне. Когда я пришёл немного в себя, купцы, бывшие моими близкими друзьями, закричали в один голос, что время для навигации прошло и что каждый, кто пустится в море в этом сезоне, будет сам нести ответственность за свою смерть, так как он добровольно подверг себя опасности. Все единодушно решили пожертвовать суммой, которую они заплатили за проезд на судах, отказались от своего предприятия и после ряда трудностей высадились в порту Мускат. Я оставил этот город в сопровождении нескольких компаньонов и пошел в место, именуемое Карьят, где я послился и установил палатки, с намерением пожить здесь. Прибрежные торговцы называют словом телахи (потеря) то состояние, в котором они оказываются, когда, предприняв морской рейс, они не могут завершить его и обязаны остановиться в другом месте.
В настоящее время, когда, через эффект так многих превратностей, зеркало моего понимания стало закрытым, ржавеют, и ураган так многих болезненных обстоятельств погасил лампу моего мнения, так, чтобы я мог бы сказать, одним словом, что я упал в состояние безразличной глупости, неожиданно я однажды вечером встретил торговца, который был по его возвращению от берегов Hindoostan. Я спросил его, куда он шел? он ответил:
"Мой единственный цель состоит в том, чтобы достигнуть города Герата. " Когда я слышал, что он произнес название того города августа, я пошел очень почти отвлеченный. Торговец, соглашавшийся при моем запросе останавливаться некоторое время, я отбросил следующие стихи на бумагу.
Когда посреди незнакомцев, в час вечерней просьбы я записывал меня, чтобы плакать,
Я вспоминаю мои приключения, подробное описание которых сопровождается с необычными вздохами.
В воспоминании моей любовницы и моей страны я плачу так горько,
То, что я должен лишить целый мир вкуса и привычки к путешествию.
Я - уроженец страна Арабов, а не странной области.
O могущественный Бог, которого я призываю! удостойте, чтобы вернуть меня на товарищеские отношения моих друзей.
Все, что касается моего состояния, и к утомительности и опасностям против того, который я должен был бороться, было сформулировано в полной детали в этом рассказе. Насколько отношения некоторое число мужчин и лошадей, который Простой загруженный в Ormnz на отдельное судно, я был неспособен до настоящего времени установить то, что было их судьбой. Это может быть тот, однажды я буду способен поместить их приключения в письмо.
103
allotted to the Daiang. To the left of the said palace is the darab-khaneh (the mint). In this country they have three kinds of money, made of gold mixed with alloy : one called varahah weighs about one mithkal, equivalent to two dinars, kopeki ; the second, which is called pertab, is the half of the first ; the third, called fanom, is equivalent in value to the tenth part of the last-mentioned coin. Of these different coins the fanom is the most useful. They cast in pure silver
a coin which is the sixth of the fanom, which they call tar. This latter is also a very useful coin in currency. A copper coin worth the third of a tar, is called djitel. According to the practice adopted in this empire, all the provinces, at a fixed period, bring their gold to the mint. If any man receive from the divan an allowance in gold, he has to be paid by the darab-khaneh. The soldiers receive their pay every four months, and no payment is ever made by a draft upon the revenues of any province.
