Сцена из рыцарских времён

Сцена из рыцарских времён

Однажды вечером 5 августа 1705 года Иоганн Себастьян Бах, здешней Новой церкви органист, прогуливался по улицам Лейпцига. На углу стояла компания гопников. Самый наглый, по имени Гайерсбах, загородил дорогу органисту.

— Дядя, дай закурить!

— Не курю! — лениво бросил Бах, не выпуская изо рта трубки.

— Тогда дай двадцать крейцеров на питание бедному флейтисту.

— Ты играешь на флейте так, что все ослы тебе завидуют.

Обиженный флейтист замахнулся кулаком. Бах выхватил шпагу и нанёс укол в левое подреберье гопника.

— А-а-а! — завыл раненый. — Смотрите все, как органисты унижают флейтистов. Он мне камзол порвал!

Гопник исходил слюнями, слезами и соплями. Друзья утешали его.

Бах гордо удалился, помахивая шпагой, как дирижёрской палочкой.

Музыкальное соревнование

Бах строго относился к своим ученикам, но хвалил, когда они того заслуживали. Никогда он не выносил суждений о коллегах-музыкантах. Он также не любил слушать рассказов о своих победах над другими музыкантами.

Сохранилась история об одном несостоявшемся музыкальном соревновании. Маршан, придворный органист при дворе в Версале, в 1717 году попал в немилость у своего господина и отправился в Германию. При Дрезденском дворе его элегантная игра понравилась королю, который пообещал ему место. Мысль устроить соревнование между этим французом и Бахом пришла в голову Волюмье, концертмейстеру придворной капеллы. Вероятно, Бах прибыл в Дрезден, чтобы познакомиться с известным музыкантом и у него поучиться. Бах обратился письменно к Маршану, сообщая о своём согласии решить любую поставленную перед ним задачу при условии, что Маршан ответит тем же. Всё общество живо интересовалось предстоящим турниром, имеющим состояться в доме министра графа Флеминга. В назначенный час собрались приглашённые, арбитры и Бах. Маршан заставил себя ждать. Послали за ним. Оказалось, что он рано утром уехал из города на почтовых лошадях. Бах в одиночку порадовал публику своей игрой, приведя всех в восхищение. Интересно, что за своё выступление Бах не получил ни подарка, ни денежного вознаграждения от короля, хотя тот и назначил победителю соревнования сто луидоров, которых Бах так и не получил.

Когда Баха спрашивали, как ему удалось так далеко продвинуться в своём искусстве, он обычно отвечал: «Видимо, я был очень усердным. Кто будет таким же усердным, тот также сумеет столь же далеко продвинуться».

(По А. Швейцеру).